Нам прислали данный текст с просьбой об анонимной публикации. Советуем всем к прочтению, кое-где мы оставили свои комментарии.
Много сказано о том, как защитить информацию на своём компьютере и как безопасно общаться в сети, но носители информации и интернет не единственные потенциальные источники утечек. Для того, чтобы конспирация активиста носила комплексный характер, он должен следить и за своим общением в реальном мире, а также прививать полезные навыки в этой сфере своему окружению.
Опасаясь шпионов и слежки, мы часто упускаем из виду то, как много информации о себе и движении предоставляем по неосторожности просто в силу дурных привычек или черт характера. Контроль за этими чертами не только в поведении других людей, но и в себе самом, должен стать неотъемлемым навыком активиста.
Хвастовство – самая очевидная и банальная причина утечек информации. Информацией должен владеть лишь тот, кто будет её использовать, иначе может случиться так, что ей завладеют враги, и уж они-то точно используют даже самые крупицы знаний в свою пользу. Никогда не говорите о подготовке или даже прошедших акциях никому, кто сам не принимал в этом непосредственного участия. Даже если человек догадывается о вашем участии, не стоит поощрять и подтверждать такие догадки. Помните, чем меньший круг людей владеет информацией, тем легче её утаить.
Тщеславие часто становится причиной хвастовства и уже само по себе является проблемой для движения, не только с точки зрения информационной безопасности, но и с позиции борьбы с внутренней неформальной иерархией. Неумолимое желание сфотографироваться в балаклаве или с замазанным лицом (хотя глаза, силуэт или другие элементы одежды очевидно вас выдадут, особенно если менты знают, кого искать на фото), стремление вести отдельный блог или использовать один и тот же псевдоним могут сыграть злую шутку, ведь они делают очевидной не просто ваше участие в движении, но и причастность к конкретным акциям или инициативам. Очень хорошо, если движение помогло раскрыться вашей личности, но для всех нас будет полезнее, если вклад каждого будет максимально анонимным. Из этого правила бывают исключения, связанные с открытым пиаром наших идей, но работа со СМИ – это редкий случай, требующий отдельного рассмотрения.
Демонстрация или имитация осведомлённости также часто используются активистами, чтобы повысить свой престиж в движении. Иногда люди думают, что фраза «я знаю кто это сделал, но не буду говорить» не имеет ничего общего со сливом информации. Однако, и у этого также есть негативная сторона, ведь если такие слухи дойдут куда не надо, это покажет врагам ключевые точки, на которые стоит давить. Причём в первую очередь вы поставите под удар себя.
Зависть и обида также могут быть причиной слива информации. Нередко конфликты в движении перерастают в открытую перепалку, где стороны не гнушаются выкладывать компромат друг на друга. Однако, стоит помнить, что даже если вы уже давно не имеете общих дел с человеком, с которым у вас конфликт, факт личной ссоры – очевидное свидетельство тому, что вы знакомы, а значит вам есть что рассказать друг о друге. Таким образом, если из-за слива информации будет раскрыта личность и на допрос попадёт хотя бы один из вас (причём с компроматом на другого), у ментов есть все шансы узнать про обоих. И это как минимум. Люди в движении тесно связаны между собой. Общая прочность этой цепи активистов определяется прочностью её самого слабого звена.
Попытка переубедить врага – это также банальная, но распространённая ошибка. Враги чаще всего знают о вашей позиции и заведомо с ней не согласны, но даже если они и не знают, то с большей вероятностью их будет интересовать логика ваших рассуждений, ваша психология и слабые места, нежели те идеи, которые вы пытаетесь донести.
Наше собственное любопытство часто ускользает от самоконтроля, ведь мы никому не доверяем больше, чем себе самому, но и тут есть подвох. Расспрашивая людей о каких-то фактах, о которых они не сочли нужным вам поведать изначально, вы ставите их в неловкое положение, ведь им либо придётся отказать товарищу (что нелегко, даже имея веские основания), либо выдать информацию тому, кто, скорее всего, будет не более чем лишним носителем, подрывающим информационную безопасность. На допросе вы будете ощущать себя с чистой совестью лишь в том случае, если вам даже под пытками будет нечего сказать о делах, в которых вы не участвовали лично. Хотя разумеется, даже о своём участии говорить не следует, ведь выдавая себя, вы упрощаете задачу по раскрытию других лиц.
Любовь к сплетням и обсуждение личной жизни других активистов из той же оперы. Любая утечка личных данных, особенно связанных с проблемами в личной жизни, потенциально очень опасна, т.к. может быть инструментом давления на человека.
Отдельно следует сказать и о формировании доверия к другим людям. Этот процесс очень индивидуален и нельзя сказать точно, какому человеку вы будете доверять через год, какому через два, а какому не будете никогда. Однако, здесь также есть ряд рекомендаций, которые помогут подходить к вопросу доверия более осознанно и рационально.
Вопросы активистской безопасности не терпят лишней деликатности или дружелюбности. Несмотря на симпатии к человеку при неловких вопросах, вы должны уметь отказать и быть непреклонным при настойчивых расспросах. Самому также не стоит обижаться, если кто-либо отказал вам в доступе к информации. Вы не можете заранее и наверняка знать, будет ли ваша осведомлённость ставить кого-либо под угрозу. Люди, уже обладающие информацией могут определить это с бОльшей вероятностью.
Лишней бывает и открытость, когда в надежде получить эмоциональную разрядку активист делится с товарищами личными проблемами, попутно освещая детали личной жизни. Круг слушателей для этих целей нужно выбирать очень щепетильно. [При этом активисты не должны становиться роботами, разговаривающими только о делах. Именно отсутствие человеческих связей между активистами за пределами общих дел является одной из основных причин ухода из движения. Кроме того, подозрительным также должен считаться человек, о котором неизвестно вообще ничего, невозможно проверить касательно него никаких фактов из жизни — Прим. АЧК-Беларусь.]
Особо осторожным следует быть среди аполитичных знакомых. Такие люди не настроены мужественно противостоять следователю, и тем более не знают об уловках мусоров, поэтому часто мишенью для преследования менты выбирают именно новичков или их аполитичных знакомых, а не зрелых активистов. Не следует рассказывать своим знакомым о прелестях жизни активиста, лучше повышайте их навыки в области информационной безопасности и стимулируйте не общаться с мусорами.
Не стоит спешить с раскрытием «внутренней кухни» движения новичкам. Сложно предугадать, как скоро человек покинет движение. Иногда это происходит уже через пару месяцев, а если этому предшествовала ссора, то бывший активист и вовсе может счесть своим долгом поведать всем о том, какие проблемы он наблюдал в движении. Не стоит забывать и о том, что новички элементарно плохо подкованы в информационной безопасности (лучше сразу помогите им в этом) и могут болтать по неосторожности.
Поощрение инициативности и активности через посвящение в тайны также может закончиться плохо. Иногда информатор ведёт себя не как тихая мышка, наблюдая в сторонке, а именно как пылающий жаждой свергнуть власть активист, которому для успеха не хватает лишь доступа к информации и пары верных товарищей. Доверие формируется годами, не следует доверять человеку лишь исходя из его первоначальной активности, тем более если он пришёл к вам из открытой инициативы.
Опасность таится и в обратной крайности – излишнем доверии к авторитетам. Такое поведение в принципе пагубно для анархиста, поскольку подкрепляет неформальную иерархию, вместо того, чтобы рушить её. Но это ещё и угроза безопасности, ведь самоуверенность опытных товарищей может быть куда более слепой, нежели осторожность новичка. Тем более, что многие засвеченные и известные ментам активисты ошибочно считают, что для них в конспирации могут быть послабления. С такими людьми информацией следует делиться так же осторожно, как и с остальными.
Опыт тюремного заключения также не повод для исключительного доверия. Вы не можете быть уверены в том, что тот или иной человек действительно отсидел срок. Помимо этого, не секрет, что платой для многих информаторов является уменьшение срока по какому-то неполитическому делу. Для такого человека отсидеть 3 года по политической статье и после быть информатором куда лучший сценарий, чем сидеть 10 лет за наркотики. Это уже не говоря об отсидке на сутках. Испытание репрессиями естественным образом сближает людей, но даже его нельзя считать абсолютным мерилом доверия.
Не должны становиться причиной для откровений и родственные или любовные связи. Ваши близкие такие же люди, как и остальные. Они не обладают особой стойкостью, а значит, по части доверия не должны находиться на равных с другими товарищами. Стоит помнить и о том, что именно на близких людей, а не на вас самих будут давить в первую очередь, а потому стоит оградить их полезным неведением. Бывали и случаи, когда любовников подсылали к активистам намеренно. Широко известен случай, когда оппозиционный польский писатель после падения социалистического режима и открытия архивов внезапно обнаружил, что на него 10 лет стучала его верная жена.
Значительно усугубляют всё вышеназванное алкоголь и наркотики. Поэтому, если вы ещё не отказались от этих пагубных привычек (что мы вам советуем сделать немедленно), то хотя бы не употребляйте психотропные вещества в компании активистов. Алкоголь и наркотики очень сильно развязывают язык, а потому лучше их вовсе исключить из своей жизни, если вы планируете заниматься общественной активностью. [Кроме того, ментам очень удобно будет посадить активиста по наркоманской статье, нежели искать политические причины — Прим. АЧК-Беларусь]
Сформированное доверие к собеседнику, самодисциплина и надежные каналы связи – вот черты, отличающие разговор активистов от суетной болтовни. Налаживание конспирации должно быть началом всякой деятельности, но также этому вопросу стоит уделять внимание и опытным активистам, которые могут «утратить нюх» вследствие излишней самоуверенности.