Игорь Олиневич: Дневник политзаключенного (19)


Продолжение, весь дневник доступен по тэгу “дневник”.

Что значит самоопределение? Самоопределение означает такую систему, в которой обычные люди могут без промедлений и искажений принимать решения о том, как им жить. Это означает систему гражданского самоуправления на основе прямой демократии. Самоуправление дает возможность жителям каждой местности – деревни, района, города – определять наилучшее для себя устройство, исходя из местных особенностей и обстоятельств. Прямая демократия – это участие самих граждан в обсуждении вопросов и проблем. Анархизм предполагает такую модель управления, в которой ставка делается на обширные горизонтальные связи, а вертикальные, наоборот, минимизируются. Истинное народовластие устанавливается тогда, когда инициатива и воля исходят от самих граждан на местах. Ориентировочная схема выглядит так: жители каждого дома на регулярных собраниях обсуждают вопросы жилищно-коммунального хозяйства, обустройства прилегающих территорий, экологическую обстановку, вопросы правопорядка и т.д. Избираемый Домовой Комитет следит за выполнением решений жилищных собраний и занимается текущими делами. Комитет подотчетен исключительно собранию: в любой момент жильцы могут поменять состав Комитета. Таким образом, вся власть в пределах дома сосредоточена в руках самих граждан, его населяющих. Никто не сможет навязать жителям несправедливых и вредных решений.

Домовые Комитеты делегируют своих членов в Комитет Улицы, Комитет Улицы – в Квартальную (районную) Ассамблею. Кварталы формируют Городской Совет. Далее, городские советы и советы сельских районов составляют область/регион, которые, в итоге, образуют Совет Федерации. Что нам дает такая структура и такие принципы? А то, что ЛЮБОЕ должностное лицо немедленно может быть отозвано по решению нижней инстанции. Больше не сможет возникнуть такой ситуации, когда чиновник отвечает перед вышестоящими начальниками, пользуется покровительством высоких лиц и творит любой беспредел. Конечно, ведь он подотчетен не гражданам, а лишь своей вертикали! Понятное дело, что в коридорах современной власти сплетаются бюрократические клубки, с которых нет спроса и на которых не найти управы. Круговая порука, покровительство, безнаказанность делают их неприступными. Система делегирования и подотчетности ставит крест на бюрократии как таковой. Очевидно, что при таком устройстве на должности будут выдвигаться наиболее знающие и дельные люди, а не подхалимы.

Другой формой самоорганизации граждан являются объединения и инициативы по любым социальным сферам общества: экологические, правозащитные, пенсионерские, молодежные, культурные, краеведческие, спортивные и т.д. Для решения своих вопросов и задач гражданские объединения вольны связываться с инстанциями самоуправления любого уровня, если им необходимо содействие местного сообщества.

На современном этапе технологического развития – информационное общество – большой потенциал для самоорганизации и самоуправления представляют IT-коммуникации. Они позволяют компенсировать задержки в обсуждении и принятии решений, вызванные огромными размерами городов, большими расстояниями и высокой численностью населения. Более того, новые технологии позволяют значительно ускорить коммуникационные процессы. Социальные сети, IP-телефония, мобильный интернет позволяют достичь небывалой оперативности. Большая часть населения уже активно пользуется интернет-технологиями, получая необходимые знания, навыки и культуру виртуального общения. В ближайшие пару-тройку лет интернет станет всеохватывающим, по мере проникновения сетей третьего и четвертого поколения. Политика должна быть и станет достоянием каждого гражданина.

Наряду с самоуправлением, анархизм выдвигает требование социализации экономики. Это означает, что каждый трудящийся имеет право на долю в прибылях предприятия. Нам неприемлемо такое состояние общества, когда меньшинство живет в роскоши, а большинство каждый месяц сводит концы с концами. 80% собственности в стране принадлежит государству, это хозяйство было создано во времена советской диктатуры за счет тяжелого и подчас подневольного труда народа. Это имущество должно находится под управлением трудового коллектива, где каждый является акционером без права продажи своей доли. Если каждый трудящийся станет совладельцем своего предприятия, то его труд получит дополнительные мотивы, и будет направлен на преуспевание предприятия, а не получения выгоды любой ценой, как это массово происходит сегодня. Предприятия должны принадлежать трудовым синдикатам: это обеспечит благосостояние и социальную справедливость.

Дополнительной формой самоорганизации трудящихся являются профессиональные ассоциации. В их задачу входит мониторинг соблюдения равных прав на предприятиях, повышение квалификации своих членов за счет связи с учебными центрами, предоставление услуг работников тех специальностей, которые не предусматривают постоянного объекта деятельности (строители, уборщики, курьеры и т.п.).

Вместо судов, встроенных в систему вертикали власти, анархизм предлагает использовать третейские суды. Профессиональный судья – это прежде всего чиновник государства, в той или иной степени он зависим. Мы считаем, что в судьи должны попадать наиболее уважаемые граждане из числа добровольцев. Только так можно обеспечить по-настоящему независимую оценку. Более того, ни одно преступление не может быть истолковано на основании уголовных кодексов. Каждый случай – уникален, и потому мы выступаем за индивидуальный подход к каждому делу, в т.ч. при определении наказаний. Также анархисты – принципиальные противники лишения свободы как меры наказания. Бетонные застенки ведут лишь к деформации личности – либо в сторону утраты воли, либо в сторону озлобления. Мерами наказания могут быть общественное порицание, штраф, общественные работы, временное изолирование либо изгнание в суровую труднодоступную местность. В особо тяжких случаях мы признаем право потерпевшего или его близких на месть. Ставка делается на то, что в обществе экономической справедливости преступность упадет во много раз, т.к. корыстные мотивы преступлений станут малоактуальными.

Напоследок, хотелось бы пару слов сказать о парламентской республике. Проблема такого устройства в том, что оно не отвечает заявленым принципам. Так же, как большевики были далеки от коммунизма, так и республиканцы далеки от демократии. У большевиков “диктатура пролетариата” стала тиранией номенклатуры партии. А в республике “власть дэмоса” в реальности означает коллегиальное правление буржуазии. И так было изначально. Сегодня часто можно услышать, что прототипами республики были древнегреческие полисы, “Афины – колыбель демократии”. Однако, устройство тех же Афин было гораздо созвучнее анархическим принципам, нежели парламентаристским. История республики (классическая Французская революция) показывает что ее основной целью была ликвидация власти аристократии (во главе с королем) и духовенства в пользу третьего сословия, т.е. буржуазии. Избирательные права были предоставлены тем, кто проходил имущественный ценз. Буржуазия, выдвигая лозунг “свобода и равенство” желала ровно столько свободы, сколько нужно, чтобы обеспечивать в представительных органах свои интерес, и ровно столько равенства, чтобы выровняться в правах с дворянством. Конечно, от этих веяний и народу перепало кое-что, например, свобода слова, собраний, ассоциаций, но лишь в ограниченной мере, не ставящей под угрозу саму власть буржуазии.

В случае опасности республика может быть столь же безжалостной и жестокой к своим оппонентам, как короли и диктаторы. Со времен первых либеральных режимов 200-летней давности произошла кое-какая трансформация: избирательное право стало всеобщим. Но почему? Потому что по всему миру наблюдался рост и решимость социалистического движения. Чтобы выбить почву из-под ног социалистов и ликвидировать угрозу, буржуазия пошла на сделку с социал-демократией. Оппортунисты получили доступ к власти в обмен на отказ от революции и классовой борьбы. Социал-демократическая интеллигенция приглашение приняла и с помощью подконтрольных ей профсоюзов подавила радикальные настроения среди рабочих и по сей день занимается тем же. Естественно, фасад республики стал “народным”, демократия стала самым употребляемым термином. Но только всеобщее избирательное право ничего не изменило: буржуазия быстро поняла, что силу различных партий определяют вложенные в нее деньги, а не программа и лозунги. Честный человек заведомо проигрывает в выборной гонке нечестному, но состоятельному конкуренту. Решают ресурсы избирательного штаба, уровень политтехнологов, политика популизма, но не идеи. Именно поэтому так много людей в цитадели демократии – ЕС – не ходят на выборы, не интересуются системной политикой. Это называется отчуждением, чувством безразличия и бессмысленности формального спектакля.

Конечно, культура и менталитет очень многих людей сегодня не способствует участию в самоуправлении. Но это состояние – результат данного общественного устройства. Чтобы измениться, люди должны заниматься и решением вопросов, касающихся их жизни. Рано или поздно приходится вступить в воду, если хочешь научиться плавать. Диктатура обращается с народом, как с ребенком, республика – как с подростком, анархия – как со взрослым человеком. Самоуправление, социализация, самоорганизация – вот принципы прогрессивного общественного устройства. Торжество гуманизма, когда свобода, мир и счастье станут доступны каждому, – вот к чему стремится анархизм.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *