Назначена дата суда по переводу Святослава Барановича на тюремный режим

12 февраля суд будет рассматривать вопрос о переводе Святослава Барановича из колонии в тюрьму. На одном из судебных заседаний Баранович заявил о жестоком и бесчеловечное обращение со стороны администрации исправительной колонии №1 города Новополоцка.

О планах ужесточить режим Барановичу стало известно в ноябре прошлого года. Все это время Баранович обжаловал предыдущие нарушения, на основании которых его хотят перевести на тюремный режим.

Святослав Баранович — активист из Минска, задержан 2 октября 2017 года по подозрению в совершении насилия в отношении сотрудника милиции. 15 марта 2017 года во время Марша Нетунеядцев Святослав пытался предотвратить попытку задержания анархистов ОМОНовцами в штатском. Он ударил одного из них. 12 марта 2018 года был осужден на 3 года лишения свободы в колонии общего режима. Святослав признал, что наносил удары и что бил сотрудника милиции, хотя тот не имел никаких опознавательных знаков. Потерпеший ОМОНовец к осужденному претензий не имел.

Написать Святославу можно по адресу:

211446, Витебская обл., г. Новополоцк, ул. Техническая, д.8, ИК-1

Барановичу Святославу Владимировичу

Дмитрия Полиенко оштрафовали за фотографию человека в шапке Class War

Вечером 29 января в Минске был задержан бывший политзаключенный Дмитрий Полиенко.

Протокол административного правонарушения был составлен по статье 17.11 КоАП (Изготовление, распространение и (или) сохранение экстремистских материалов) участковым милиционером в конце прошлого года.

Задержанного доставили в ГОМ Заводского района Минска, где он провел ночь. Назавтра должен был состояться суд, но в течение дня стало известно, что Полиенко отвезли из изолятора РУВД в изолятор временного содержания на Окрестина.

Основанием для административного преследования появился пост в фейсбуке с изображением молодого человека и надписью Class War на шапке (надпись внесена в республиканский список экстремистских материалов).

Рассмотрение административного дела Дмитрия Полиенко состоялось 31 января в 10-30 в суде Заводского района Минска. Дело рассматривает судья Елена Капцевич.

Судья зачитывает протокол правонарушения по ч.2 ст. 17.11 КоАП: «В период с 2016 по 2019 в неустановленном месте разместил фото с группой людей (зачитала url), с гражданином, на котором была шапка с надписью, включенной в список экстремистских материалов».

Полиенко вину не признает. Он заявляет, что ему неприятно участвовать в этом цирке, но обстоятельства его вынуждают. Говорит, что в 2016 году мог выкладывать в интернет, но тогда ничего не знал о надписи и не имел цели распространять экстремизм.

На вопрос судьи, обращал ли он внимание на надпись, говорит, что не обращал. Когда узнал что надпись экстремистская — во время суда над Вячеславом Косинеровым.

Свидетель со стороны милиции Дмитрий Нифёдов на вопрос, что ему известно о  фото, пояснил суду, что 29 января в опорный пункт прибыл Полиенко со знакомой. Там он услышал, как следователь Клинцевич допрашивал Полиенку о его странице в ФБ.

«Было хорошо слышно и я запомнил о чем тот говорил со следователем», — говорит свидетель.

Адвокат задала вопрос о том, почему протоколы опроса обоих свидетелей практически идентичны:

— Ну, нам задавали одинаковые вопросы.

— Откуда вам стало известно о наличии материалов проверки? — спрашивает адвокат

— Потому что они находились в опорном пункте.

— Вы изучаете все материалы?

Материалы поступают — мы подписываемся.

— Я правильно понимаю, что вы читали материалы?

— Нет, самого материала я не читал.

Суд исследовал письменные материалы дела: копия решения суда о признании информационной продукции экстремистской, протокол обыска и осмотра документов, материалы о просмотре интернет-страницы Белсат, и неизвестного пользователя.

В материалах решение суда о признании надписи экстремистской от 12 марта 2018 года. Протокол изъятия, рапорт Клинцевича, также есть объяснение, что на момент публикации фото надпись не появлялась экстремистским.

Далее — видео, опубликованное 2.01.2019. Дмитрий объясняет на видео, что у него нет страницы ВКонтакте, но есть в ФБ.

Полиенко обращает внимание, что ответственность по ч.2 ст 17:11 КоАП может наступить исключительно намеренно. Поскольку на момент публикации размещен материал экстремизмом не является, он не намеревался распространить экстремистские материалы.

Полиенко пояснил, что на его странице более тысячи фотографий, а в республиканском списке экстремистских материалов более сотни страниц, и никто не может проследить порядок добавления материалов, и обычный человек тоже не может отследить этого. В связи с отсутствием умысла просит прекратить дело.

Судья зачитывает постановление: виновность Полиенко подтверждается свидетелями и письменными материалами дела, постановление — штраф в размере 50 базовых величин.

По материалам ПЦ «Весна».

Дилемма заключенного: сотрудничество или предательство

Сейчас у всех на слуху дело «Сети», по которому арестовано больше десятка анархистов и антифашистов в России. Новости по делу появляются каждый день, арестованные то дают показания против себя и других людей, то отказываются от них, заявляя о пытках, а затем отзывают заявления, чтобы вскоре вновь опровергнуть данные ранее показания.

Вчера один из фигурантов, Игорь Шишкин получил 3.5 года лишения свободы по статье, предусматривающей от 5 лет тюрьмы. Такую поблажку он выторговал, пойдя на сделку со следствием. Вот слова самого осужденного:

«Мое содействие выразилось в том, что после моего задержания я начал сотрудничать с оперативными сотрудниками ФСБ РФ и органами предварительного следствия. До сих пор я сотрудничаю с оперативными подразделениями и помогаю им в выявлении лиц, которые скрылись с территории РФ, а также даю пояснения в рамках проведения оперативно-розыскных мероприятий. Готов и буду давать показания на судах других соучастников террористического сообщества «Сеть» в Пензе и Санкт-Петербурге, которые в скором времени должны состояться. В ходе предварительного следствия я изобличил и помогал установить степень вины каждого из участников террористического сообщества, участвовал в очных ставках, осмотрах вещественных доказательств, давал развернутые и полные показания. Признал свою вину и раскаялся в содеянном».

Подробный онлайн с суда можно прочитать на сайте Медиазоны.

В мае 2018 года появилась новость о некой Виктории Фроловой, которая была знакома с арестованными в Пензе, была вызвана на допрос еще в октябре 2017 года, но уехала в Украину. 24 мая стало известно, что она вернулась в Россию навестить родителей, и была задержана при попытке выехать обратно в Украину. Впоследствии выяснилось, что она дала показания на арестованных в Пензе, после чего ее отпустили обратно в Украину. Остается лишь задаваться вопросом, на каких условиях. Стоит ли упоминать, что данные показания были очень кстати следователям именно тогда, учитывая то, что буквально за несколько дней до этого двое из арестованных в Пензе отказались от своих показаний по делу. Фактически, опрометчивый поступок Виктории (вернуться в Россию) перечеркнул попытки арестованных ребят хоть как-то защититься от беспредела следствия, ведь отказ от показаний, вероятно, стоил им огромной смелости и силы воли. Впоследствии Илья Шакурский рассказал о том, что его заставляли дать признательные показания по просьбе Фроловой, которой якобы угрожала опасность.

Судя по различным отзывам и информации в сети, многие воспринимают всех людей, проходящих по этому делу, в том числе в качестве свидетелей, как жертв беспредела. Это действительно так, однако не стоит забывать, что от поведения и позиции одних жертв, зависит положение и судьба других жертв. И история полна примеров того, что люди, пекущиеся о своем благосостоянии больше, чем о свободе (и жизни) товарищей, обычно получают снисхождение от системы. Впрочем, на это и расчет: люди, идущие на сотрудничество со следствием, делают это в надежде избавиться от страха, поскорее выйти из стрессовой ситуации, спасти себя. Но при этом их спасение полностью зависит от объема необходимой информации, которую они могут предоставить о других людях.

Эта схема работает почти со стопроцентной вероятностью и называется «Дилемма заключенного».

В ситуациях, когда арестована группа людей, окончательный срок для каждого всегда зависит от двух вещей: насколько ты стараешься спасти себя и чем ты готов пожертвовать ради товарищей. В дилемме заключённого предательство строго доминирует над сотрудничеством, поэтому единственное возможное равновесие — предательство обоих участников. Проще говоря, каким бы ни было поведение другого игрока, каждый выиграет больше, если предаст. Поскольку в любой ситуации предать выгоднее, чем сотрудничать, все рациональные игроки выберут предательство.

Однако ведя себя по отдельности рационально, вместе участники приходят к нерациональному решению: если оба предадут, они получат в сумме меньший выигрыш, чем если бы сотрудничали. В этом и заключается дилемма.

Не секрет, что основную доказательную базу (95%) по многим уголовным делам составляют показания участников процесса (обвиняемых, подозреваемых, свидетелей). На долю других улик (материальных) приходится лишь 5% доказательств. Поэтому отказ давать показания против себя и других людей приближает ваши шансы на максимально успешное стечение обстоятельств по делу. В случае, когда проходящие по одному делу решают защищаться по отдельности, а не коллективно, самый большой срок получает самый несговочивый участник процесса. Эта схема на 100% сработала в 2010 году, когда начались репрессии после атаки на российское посольство. Исполнителями нападения, по версии следствия, были Игорь Олиневич, Максим Веткин и Денис Быстрик. Денис Быстрик остался в статусе свидетеля и покинул Беларусь, Максим Веткин получил 4 года ограничения свободы. Оба они дали показания на Игоря Олиневича, хотя Денис Быстрик впоследствии от своих показаний отказался. Игорь Олиневич не признал своей вины и не дал показаний ни против кого и получил 8 лет лишения свободы. То же самое произошло и с Николаем Дедком. Юнес Акдиф и Захар Конофальский признались, что были участниками акций прямого действия, но остались свидетелями по делу, сославшись на то, что Николай Дедок «ввел их в заблуждение». Дедок получил 4.5 лет лишения свободы, не признав вину и не подтвердив свое и их участие в акциях. Все остальные улики были либо притянуты за уши, либо были косвенными, требующими подтверждения от свидетелей. С большой вероятностью можно утверждать, что в деле «Сети» дилемма заключенного сработает точно так же.

С некоторых странах система сотрудничества со следствием развита еще больше, иногда можно избежать суда, заключив сделку со следствием, и «договориться» о размере наказания со стороной обвинения. Подробно о том, как эта система работает в США, рассказывается в документальном фильме «Сделать этот мир лучше» о двух анархистах, попавших под прицел ФБР.

Именно поэтому мы не поддерживаем позицию о том, что «если следствию уже все и так известно, от моих показаний хуже не станет», или «я сказал(а) то, что хотели мусора», «я подтвердил(а) показания обвиняемых». АЧК-Беларусь ранее уже делал заявление о поддержке людей при сотрудничестве с органами и придерживается заявленной позиции.

В деле «Сети» хватает насилия и ужасающих пыток. Но при этом не следует ставить всех фигурантов на один уровень, ведь под пытками и угрозами они выбирают разные манеры поведения: кто-то сотрудничество, а кто-то предательство. У тех, кто имеет привилегию наблюдать за этим делом со стороны, есть уникальная возможность научиться, проанализировать ситуацию и стратегию мусоров, в очередной раз убедиться, что порядочность и принципиальность, а также предание огласке беспредела мусоров помогает его остановить. Учитесь у тех, кто находит в себе силы сопротивляться, даже находясь под полным контролем мучителей. Эти люди — не супергерои, у них нет специального гена «крутого анархиста», который позволяет им преодолевать страх и боль. Ими может стать любой из нас, нужно лишь желание, знание психологических уловок, сила воли и поддержка товарищей. Вместо того, чтобы сотни раз стараться понять и оправдать тех, кто пошел на предательство (не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы испытывать сочувствие к товарищу, который сломался под пытками), постарайтесь понять, что заставило других товарищей не пойти на сотрудничество со следствием.

Міколу Дзядка аштрафавалі за прапаганду нацызма

Актывіста анархісцкага руху Міколу Дзядка абвінавачваюць у распаўсюдзе экстрэмісцкай прадукцыі. Міколу абвінавачваюць у размяшчэнні на сваёй старонцы ў фейсбуку ілюстрацыі з выявай сімволікі Misantropic Division (міжнародная асацыяцыя неанацысцкіх суполак), якая 10 лістапада 2016 года (праз чатыры месяцы) судом Цэнтральнага раёна Мінска была ўнесена ў рэспубликанских спіс экстрэмісцкіх матэрыялаў. Падобныя справы становяцца звыклай практыкай у Беларусі.

Напрыклад, нядаўна ў Гродна за рэпост на 15 базавых быў аштрафаваны карыстальнік сацсеткі Вконтакте – ягоны кантэнт прызналі па-за законам ажна праз два гады пасля публікацыі.

Пікантнасць сітуацыі ў тым, што пост Міколы Дзядка быў накіраваны як раз супраць нацызма.
«Карцінка за ліпень 2016 — ілюстрацыя да паста, у якім я крытыкую людзей за тое што яны стаяць побач з нацыстамі (!!!). Фоткі прыводжу ў абгрунтаванне сваіх словаў. Разумееце шарм сітуацыі?», – тлумачыў раней Мікола сваю пазіцыю.

Паседжанне вядзе суддзя Марыя Ярохіна. Напачатку паседжання высветлілася, што хоць у пратаколе гаворка ідзе пра адну публікацыю, у даведцы, складзенай супрацоўнікам ГУБОПіК Бедункевічам Н.П., вядзецца пра дзве – у лютым і ліпені 2016 года.
Падчас пасяджэння Мікола Дзядок пацвердзіў, што сапраўды ў лютым і ліпені на сваёй старонцы ў фейсбуку размясціў карцінкі, пазней прызнаныя экстрэмісцкімі. Але ў даведцы ГУБАЗіК абсалютна не ўлічаны кантэкст гэтых пастоў, і каментары, якімі яны суправаджаліся.

Мэтай публікацый, тлумачыць Мікола, было асудзіць публічных асобаў, якія фатаграфуюцца разам з нацысцкай сімволікай, і выступіць супраць размяшчэння бел-чырвона-белага сцяга побач з ёй.

«Калі я хачу асудзіць нацызм, якім чынам я магу гэта зрабіць?Сапраўды, якім чынам можна асудзіць нацызм, калі любы ілюстрацыйны матэрыял можа быць заднім лікам прызнаны па-за законам? Калі сыходзіць з даведкі ГУБАЗіК, то трэба судзіць, напрыклад, тых, хто пускае ваенную кінахроніку по тэлебачанні, супрацоўнікаў БТ, якія дэманструюць нацыстаў і не рэтушыруюць іх», — заявіў ён у судовым паседжанні.  Пры гэтым ён прынцыпова адмовіўся выдаляць свае пасты ўжо пасля таго, як стала вядома пра распачатую справу:

«Гэта мая прынцыповая пазіцыя ў абарону свабоды слова. Я не лічу, што ГУБАЗіК мае права рэгуляваць, што я павінен публікаваць на сваёй старонцы, і не прызнаю гэтага права за дзяржавай. Спіс экстрэмісцкіх матэрыялаў – гэта чарговы наступ на свабоду слова.

Дый з практычных меркаванняў: я ведаю выпадкі, калі людзей асуджалі і пасля таго, як яны выдалялі свае пасты. Таму няма сэнсу прагінацца пад карныя структуры».
Аўтар пратакола аб адміністрацыйным правапарушэнні ўчастковы міліцыянт А. Куранкоў пацвердзіў, што ён кіраваўся выключна рэспубліканскім спісам экстрэмісцкіх матэрыялаў і матэрыяламі, дасланымі ГУБАЗіК — то бок у змест паста не ўнікаў. Пытанне наконт таго, якую ж менавіта ілюстрацыю ён меў на ўвазе, засталося адкрытым.

Адвакат звярнула ўвагу на безліч фармальных парушэнняў у матэрыялах справы: яны аформлены вельмі неякасна, з шэрагам супярэчнасцяў і недакладнасцяў. А таксама на тое, што ў дзеяннях Дзядка адсутнічае грамадская небяспека, і ён мае права ў адпаведнасці з заканадаўствам на выказванне сваіх меркаванняў. 
Мікола Дзядок і яго адвакатка папрасілі аб спыненні адміністрацыйнай справы.

У паседжанні абвешчаны перапынак для прыняцця суддзёй рашэння.

Пасля перапынку суд абвясціў прысуд — 40 базавых.

Крыніца

Міколу Дзядка будуць судзіць за пост у фэйсбуку

Журналіста «Новага Часу» і актывіста анархісцкага руху Мікалая Дзядка абвінавачваюць у «распаўсюдзе экстрэмісцкай прадукцыі»

Аб гэтым паведаміў сам Мікола на сваёй старонцы ў Фэйсбуку і заклікаў жадаючых прыйсці падтрымаць яго ў суд.
«Бязмежжа ГУБАЗіКа спыніць тут і зараз мы не можам. Але можам, прынамсі, асвяціць і выцягнуць на паверхню», — піша былы палітвязень.
Пратакол на Міколу Дзядка за карцінку ў Фэйсбуку быў складзены яшчэ ў лістападзе. Пасля справа паступіла ў суд, але была вернутая на даследванне ў Фрунзенскі РУУС. 

Сам Мікола ў каментары НЧ адзначыў, што лічыць наяўнасць спісу экстрэмісцкіх матэрыялаў атакай на свабоду слова
— Я катэгарычна супраць таго, каб забараняць пэўныя сімвалы ці выказванні. Мы бачым, што варта, нават пад добрай нагодай, накшталт барацьбы з нацызмам, нешта забараніць, як дзяржава пачынае выкарыстоўваць гэты інструмент для расправы з іншадумцамі. Гэта само па сабе абсурд — караць чалавека за пост у сацыяльных сетках, а ў маім выпадку, яшчэ і за пост, у якім я крытыкую нацызм.
У ГУБАЗіКу цэлае антыэкстрэмісцкае падраздзяленне сядзіць і мусіць неяк апраўдваць сваё існаванне. Вось яны і палююць на карцінкі ў Фэйсбуку — за нашыя грошы.

Антыэкстрэмісцкае заканадаўства само па сабе рэпрэсіўнае і несправядлівае і мусіць быць адмененае. Я не лічу дзяржаву ў праве вырашаць, што мне глядзець, чытаць і посціць. Я яе такім правам не надзяляў.

Суд над Міколам Дзядком адбудзецца 27 снежня ў 10.00 у судзе Фрунзенскага раёну Мінска.

Крыніца